Неточные совпадения
Итак, я прибыл
в Лебедянь, остановился
в гостинице, переоделся и
отправился на ярмарку.
Разорившись кругом,
отправился он
в Петербург искать себе места и умер
в нумере
гостиницы, не дождавшись никакого решения.
В конце зимы он поехал
в Москву, выиграл
в судебной палате процесс, довольный собою
отправился обедать
в гостиницу и, сидя там, вспомнил, что не прошло еще двух лет с того дня, когда он сидел
в этом же зале с Лютовым и Алиной, слушая, как Шаляпин поет «Дубинушку». И еще раз показалось невероятным, что такое множество событий и впечатлений уложилось
в отрезок времени — столь ничтожный.
— Представьте, он — спит! — сказала она, пожимая плечами. — Хотел переодеться, но свалился на кушетку и — уснул, точно кот. Вы, пожалуйста; не думайте, что это от неуважения к вам! Просто: он всю ночь играл
в карты, явился домой
в десять утра, пьяный, хотел лечь спать, но вспомнил про вас, звонил
в гостиницу, к вам,
в больницу… затем
отправился на кладбище.
На другой день
отправился он
в гостиницу, но там ничего не мог разузнать. «Съехал, говорят, а куда съехал, не знают, не ведают. Много-де всякого звания здесь людей перебывает, где тут знать, кто куда с ярманки выехал».
Купил-таки Василий Петрович пару арбузов и
отправился с ними
в гостиницу…
Остановившись
в ближайшей к вокзалу
гостинице, по фамилии ее владельца носящей название «Булгаковской» и помещающейся на Дворянской улице, она быстро переоделась и на том же извозчике, который привез ее с вокзала,
отправилась в губернаторский дом.
Вскоре у двери номера, занимаемого княгиней Шестовой, появился хозяин
гостиницы и собралась почти вся прислуга. Хозяин был одним из местных купцов, сменивший прежнего обрусевшего немца, который прогорел и был одним из тех весьма немногих немцев, которые, не нажившись
в гостеприимной России,
отправились в свой фатерланд.
На другой день по прибытии княгини Шестовой
в Т. рано утром
в конторе
гостиницы «Гранд Отель» была получена на ее имя телеграмма из Москвы, Лакей, призванный
в контору для вручения ее по принадлежности, вспомнил, что ее сиятельство приказала ему накануне разбудить ее
в девять часов, и несмотря на то, что был девятый час
в начале, полагая, что приезжая ждала именно эту телеграмму,
отправился стучаться
в дверь первого номера.
Они расстались. С почти облегченным сердцем
отправился Владимир к себе
в гостиницу, с аппетитом съел поданный ему обед и стал нетерпеливо поглядывать на часы, дожидаясь того времени, когда можно будет поехать к Боровиковым — такова была фамилия матери, брата и сестер Агнессы Михайловны Зыковой.
Когда он подходил к
гостинице, густой протяжный звук колокола раздался из подгороднего монастыря;
в этом звоне напомнилось Владимиру что-то давно прошедшее, он пошел было на звон, но вдруг улыбнулся, покачал головой и скорыми шагами
отправился домой.
Тем не менее
в одну из пятниц я
отправился в Европейскую
гостиницу,
отправился от скуки, сам не сознавая зачем.
Проснувшись назавтра, свежий как яблоко, тотчас же
отправился в цыганский табор, помещавшийся за рекой
в слободке, о котором услыхал вчера
в клубе, и
в гостиницу не являлся два дня.
Разузнав кое-что
в гостинице, где меня встретили как старого знакомого, я вынул из чемодана письма, положил их
в карман и, несмотря на просьбы прислуги не выходить,
отправился к Пашичу, к Стояну Протичу и
в редакцию «Одъек». У квартиры Протича какой-то добрый человек мне ответил...
Через час мы были
в Новочеркасске, у подъезда «Европейской
гостиницы», где я приказал приготовить номер, а сам прямо с коня
отправился в ближайший магазин, купил пиджачную пару, морскую накидку, фуражку и белье. Калмык с лошадьми ждал меня на улице и на все вопросы любопытных не отвечал ни слова, притворяясь, что не понимает. Вымуштрованный денщик был — и с понятием!
По приезде
в гостиницу он тотчас же
отправился в контору и, на его счастье, оказалось, что утром только что очистилось отделение, хотя несколько менее занимаемого им, но зато уютнее и свежее меблированное. Так, по крайней мере, объяснил ему управляющий
гостиницы.
Николай Герасимович немедленно
отправился к французу, жившему на Тверской,
в гостинице Шевалдева.
По приходе
в город, он
отправился на станцию железной дороги, дождался прихода поезда из Голландии и вместе с прибывшими пассажирами вышел на вокзальный подъезд, сел
в омнибус одной из первых
гостиниц города и поехал туда.
С бульвара молодежь, обыкновенно,
отправлялась гурьбой
в одну из
гостиниц, где,
в пропитанной табачным дымом атмосфере грязной залы, просиживала до рассвета, отравляясь винами кишиневских Борелей.
Зная свойство слуг всячески раздувать сплетню, а также,
в ожидании наживы, присочинять небылицы, которыми надеются угодить, я ограничился тем, что принял пока к сведению веселые планы Геза, и так как вскоре после того был подан обед
в каюту (капитан
отправился обедать
в гостиницу), я съел его, очень довольный одиночеством и кушаньями.
Угостив человека за услугу, я
отправился на корабль и, как Гез уже переселился сюда,
в гостиницу, намереваясь широко пожить, — пошел к нему, но его не застал.
Я был мрачен и утомлен; устав ходить по еще почти пустым улицам, я
отправился переодеться
в гостиницу. Кук ушел. На столе оставил записку,
в которой перечислял места, достойные посещения этим вечером, указав, что я смогу разыскать его за тем же столом у памятника. Мне оставался час, и я употребил время с пользой, написав коротко Филатру о происшествиях
в Гель-Гью. Затем я вышел и, опустив письмо
в ящик, был к семи, после заката солнца, у Биче Сениэль.
— Теперь я никуда не иду; стою на улице и с тобой беседую; а вот как мы с тобой покончим,
отправлюсь к себе
в гостиницу и буду завтракать.
К счастью, погода стояла прекрасная — и Санин, пообедав
в знаменитой тогдашней
гостинице «Белого лебедя»,
отправился бродить по городу.
Вскоре русские офицеры
отправились целой гурьбой на набережную, где среди большого темного сада сияло своими освещенными окнами большое здание лучшего отеля
в Гонолулу. Высокий горбоносый француз, хозяин
гостиницы, один из тех прошедших огонь и воду и перепробовавших всякие профессии авантюристов, которых можно встретить
в самых дальних уголках света, любезно приветствуя тороватых моряков, ввел их
в большую, ярко освещенную общую залу и просил занять большой стол.
От сестры Аннинька
отправилась уже не
в гостиницу, а на свою квартиру, маленькую, но уютную и очень мило отделанную. Туда же следом за ней вошел и Кукишев.
Он вернулся
в гостиницу и так же покорно, почти бесчувственно, без колебания и замедления,
отправился к Татьяне.
Они пришли
в одну из лучших
гостиниц Бадена и спросили генеральшу Ратмирову. Швейцар сперва осведомился об их именах, потом тотчас отвечал, что"die Frau Furstin ist zu Hause", — и сам повел их по лестнице, сам постучал
в дверь номера и доложил о них."Die Frau Furstin"приняла их немедленно; она была одна: муж ее
отправился в Кралсруэ для свидания с проезжавшим сановным тузом из"влиятельных".
А когда он вернулся
в гостиницу и спустя несколько времени осведомился о своих дамах, ему ответили, что они тотчас после его ухода велели отвезти себя на железную дорогу и
отправились с почтовым поездом неизвестно куда.
К утру
в душе Литвинова созрело, наконец, решение. Он положил уехать
в тот же день навстречу Татьяне и,
в последний раз увидавшись с Ириной, сказать ей, если нельзя иначе, всю правду — и расстаться с ней навсегда. Он привел
в порядок и уложил свои вещи, дождался двенадцатого часа и
отправился к ней. Но при виде ее полузавешенных окон сердце
в Литвинове так и упало… духа не достало переступить порог
гостиницы. Он прошелся несколько раз по Лихтенталевской аллее.
Только обойдя всех адвокатов, Брагин вспомнил, что Михалко и Архип были
в городе, и
отправился их разыскивать. Брагины всегда останавливались
в гостинице с номерами для господ проезжающих, и отыскать их Гордею Евстратычу было нетрудно. Михалко был дома, но спал пьяный, а Архип оказался
в больнице.
В это время барон ушел к себе
в кабинет, из которого вынес и передал мне рекомендательное письмо к своему дяде. Напившись чаю, мы раскланялись и, вернувшись
в гостиницу, тотчас же ночью
отправились на почтовых
в путь, ввиду конца февраля, изрывшего отмякшие дороги глубокими ухабами.
В Киеве мы поместились
в небольшой квартире Матвеевых, где отцу отведена была комната, предназначавшаяся для Васи.
Желание
отправиться именно к Троице пришло ему вчера ночью,
в номере
гостиницы.
Собрав наскоро небольшую сумму денег, она бросила все и поспешила
в Рязань. Приехав ночью, она остановилась
в гостинице, где и отдала свой паспорт, а утром
отправилась к Владимиру Николаевичу, захватив с собой взятый из дому револьвер большого калибра, с твердым намерением убить Ладомирского
в случае отказа его признать ребенка и жениться на ней.
Я была как
в чаду, пока сбрасывала «казенную» форму и одевалась
в мое «собственное платье», из которого я немного выросла. Сейчас же после этого мы
отправились с мамой за разными покупками, потом обедали с мамой и Васей
в небольшом нумере
гостиницы… Опомнилась я только к ночи, когда, уложив Васю на пузатом диванчике, я и мама улеглись на широкую номерную постель.
Он просидел на своей кровати почти час; наконец опомнился, позвонил Мавру с кофеем, выпил наскоро, оделся и ровно
в одиннадцать часов
отправился к Покрову отыскивать Покровскую
гостиницу. Насчет собственно Покровской
гостиницы в нем сформировалось теперь особое, уже утрешнее впечатление. Между прочим, ему было даже несколько совестно за вчерашнее свое обращение с Павлом Павловичем, и это надо было теперь разрешить.
К вечеру «преданный малый» привез его
в гостиницу des Trois Monarques — а
в ночь его не стало. Вязовнин
отправился в тот край, откуда еще не возвращалось ни одного путешественника. Он не пришел
в себя до самой смерти и только раза два пролепетал: «Я сейчас вернусь… это ничего… теперь
в деревню…» Русский священник, за которым послал хозяин, дал обо всем знать
в наше посольство — и «несчастный случай с приезжим русским» дня через два уже стоял во всех газетах.
Остановились они incognito, [под чужим именем — (франц.).]
в молитвенном смирении, не
в гостинице «Англетер», а у самого православного купца Ивантия Михайловича Батухина, и вечерком, когда все кошки становятся серы, князь
отправлялся подышать чистым воздухом.